страница


Фото из : test text
|
Из-за плохой сохранности археологического оригинала, многие детали конструкции оставались неясными, равно как и обводы, форма штевней, и пр. Восстанавливать их приходилось руководствуясь лишь здравым смыслом, некоторую помощь оказала информация о других сходных археологических находках того периода, а также некоторые дожившие до нашего времени традиционные технологии постройки лодок. При этом важнее всего прочувствовать логику древнего мастера -- если честно следовать древним способам, то работа сама начинает подсказывать конструктивные и технологические решения. (Здесь важно не отступать ни на шаг, не применять современных инструментов и матералов, иначе эта путеводная нить сразу рвется). Размеры дерева определят тогда обводы лодки: прежде всего важна форма разведенной днищевой части, -- она полностью зависит от размеров ствола и от применяемой техники расширения над огнем, и сама в свою очередь влияет на обводы лодки более, чем любая другая деталь. Логично вытесать штевни высокими насколько позволял диаметр ствола, т.е. 45-55 см, и оставить расстояние между краями выдалбливаемой детали минимальным, позволяющим работать сквозь него теслом, т.е. около 20 см в середине лодки, -- что определяет периметр днища по миделю как 110-115 см. Отверстие для выдалбливания расширяется к оконечностям лодки, достигая почти половины бревна за 70-80 см до оконечностей. После разведения днище имело глубину только 20 см в середине, высоту штевеней почти 60 см с учетом естественного прогиба ствола, (и, стало быть, середины днища,) вниз. Все эти расчеты применимы к любой разведенной долбленке, например, описанной Никкиля. Но в отличие от этой осиновки, набои лодки из Туны были очень широкими, почти 30 см у миделя, а такая широкая доска, будучи изогнутой и подогнанной к краю разведенного днища, у штевня поднимается весьма высоко, если только не стесать ее врехний край. Но мастер, затративший столько труда на вытесывание топором столь широкой доски, конечно не захочет потом стесывать и сужать ее, скорее он постарается использовать ее всю до последнего сантиметра. Таким образом, размеры материала с некоторой вероятностью указывают на то, что лодка имела приподнятые заостренные нос и корму. Далее, о размещении уключин на бортах можно надежно судить по положению сохранившихся сидений для гребцов. |
|
| Многие из деталей тем не менее остаются совершенно неясными, и решения, примененные в реконструированной лодке, не претендуют на истину в последней инстанции. Особненно сомнительна конструкция штевневых блоков и планшыря -- они бесследно сгнили у оригинальной лодки. Если сравнивать с другими археологическими находками, то долбленые штевневые блоки выглядят достаточно правдоподобно, хотя они могли быть менее высокими и развитыми; что же до нашитого по всей длине борта планширя -- то это не слишком надежная догадка. Оригинал почти наверняка имел те же нашитые части планширя с суком, которые образует уключины, что и реплика. Но экспериментальные развернутые над огнем набои получились недостаточно прочными, и не оставалось другого выбора, как только усилить их нашитым планширем по всей длине -- в т.ч. и там, где уключин нет. Если оригинал имел достаточно прочные набои, то этого бы не потребовалось; вообще, древний судостроитель обычно пытался делать как можно меньше соединений, он охотнее вытесывал большие сложные части из одного дерева, подобранного по размерам и форме. Соединение большого количества простых частей -- это более современная идеология. |
|
Неясность была и со шпангоутами -- кроме деревянных нагелей, идущих сквозь шпангоут, днище и фальшкиль, никаких связей между шпангутом и корпусом не сохранилось. При реконструкции верхний конец шпангоута затесывался на клин и зажимался между нашитым изнутри планширем и набоем -- распространенное решение и в эпоху викингов, и в близкое к нашему время. В дополнение к этому, когда пришивались набои, то стежки, приходившиеся напротив шпангуотов, были наложены вокруг последних, чтобы связать их с корпусом. Шпангоуты делались из специально подобранных кривых стволов можжевельника, (толщиной не более 5 см) -- найти их оказалось черезвычайно трудно. Все стволы имеют пустоты и каверны, и 5-сантиметровые шпангоуты получились довольно слабыми. Такие каверны видны и в шпангоутах находки, и, похоже, они тоже существовали с самого начала, а не выгнили после захоронения. Чтобы придать лодке достаточную поперечную жесткость, банки для гребцов были вставлены враспор, раздивнув борта на 3-4 см, и закреплены деревянными нагельками. Чтобы банки не распирали борта под весом гребцов, под них были вставлены специальные штыри -- тоже распространенная деталь в судах викингов, они встречаются и в современных норвежских лодках и называются "sneill". Те размеры оригинала, которые надежно определялись -- такие, как расстояния между шпангоутами, и сечения некоторых деталей -- соблюдались в реплике точно. Другие части притерпели в грунте очевидные деформции, и их размеры определялись здравым смыслом и логикой работы. Ширина и глубина днищевой части, например, определялась диаметром ствола дерева и возможностями техники разведения, днище возможно немного (5-10 см) шире и на 2 см глубже оригинала, с сохранением пропорций. Не было бы ничего проще, чем уменьшить эти размеры, стесав края; но это противоречило бы всей логике, древний мастер скорее дал бы отрубить собственную руку. Соответственно и вся лодка возможно получилась немного шире и глубже оригинала, но в глазах древего мастера это вероятно было бы скорее достижением, чем ошибкой. |
Сравнение реконструкции лодки из Туны в Баделунде с другими лодками той эпохиСреди других лодок сходной конструкции нужно упомянуть находку в Меркиярви (см. также статью К. Вестердаля) в Финляндии -- лодка имела разведенное осиновое днище и по два набоя с каждого борта, нашитые еловым корнем. Она имела и долбленые штевневые блоки сходного типа, но не имела планшыря по всему борту, а лишь уключины с суком, пришитые на край верхнего набоя. Находка (ненадежно) датируется 15-м веком. Вторая находка -- это лодка из Бьёрке, Естрикланд, в Швеции, -- ее долбленое и разведенное днище было из липы, по одному набою с каждой стороны, прибитые на железные заклепки. Штевневые блоки были тоже долблеными, но гораздо менее развитыми. Опять же не имела планширя по всей длине, а только уключины. Датируется 4-м веком. |
Сходство между "выкройками" малой лодки из Гокстада (вверху), и реконструкции по лодке из Туны в Баделунде (внизу). Масштаб одинаков для обоих чертежей.
|
| В знаменитой находке в Гокстаде была малая лодка ("четверка"), согласно принятой датировке, она была построена лет на 50 позднее, чем лодка из Туны в Баделунде. Она имела ту же длину, то же количество шпангоутов (пять) и то же расположение банок, над 2-м и 3-м шпангоутом. Хотя техника постройки совершенно другая -- это классическая клинкерная дубовая лодка с долблеными штевнями, но форма набоев у нее довольно своеобразная. Первый набой - самый широкий (~40 см). Учитывая тот факт, что в любой лодке труднее всего загнуть именно первый набой, и придать ему необходимую закрутку, это выглядит странным. В современных лодках первый набой наоборот самый узкий, и наиболее изогнутый и закрученный. Также, форма набоев в плане может быть более простой, прямой и сужающейся к концам, как у большинства современных лодок. Такое своеобразное решение скорее продиктовано какой-то традицией, чем практической целесообразностью. Не могла ли эта традиция брать начало в имитации формы разведенного долбленого днища в набранном клинкером корпусе? По крайней мере, такая "выкройка" выглядит логичнее для дополнительных набоев к разведенной долбленке, чем к клинкерному корпусу. |
В обводах этих двух лодок (из Туны слева, из Гокстада - справа) тоже заметно сходство.
|
last update: 23 February 2014 report problems with this page to ![]()